Корельский скит
Один из немногих поморских скитов Керженского краz
Поморских скитов на Керженце было совсем немного, и они, пожалуй, были самыми малочисленными. Одним из самых крупных был как раз Корельский скит, который в каком-то виде просуществовал почти до серидины ХХ века.

Само название скита говорило о происхождении насельников, ведь, как известно, поморское согласие пошло с русского севера - Поморья.

Вдаваться в подробности и описание самого толка здесь я не буду, расскажу лишь кратко про него. Подробнее можно почитать в Википедии, например.

Первые шаги по складыванию беспоповской практики следует отнести ко времени Соловецкого восстания 1667-1676 гг. Не подчинившиеся богослужебной реформе соловецкие иноки и бельцы предприняли попытки порвать со священниками, которые выступали против радикальных мер восставших, в частности против немоления за царя и Патриарха. Часть соловецких иноков и бельцов перестала ходить в церковь и на исповедь к духовным отцам, «а исповедываются промеж собою у простолюдинов, и помирают без покаяния и без причастия» (Чумичёва О. В. Соловецкое восстание 1667-1676 гг. Новосиб., 1998. С. 57-58, 101-102).

Старообрядец поморского согласия.
Гравюра. 1794 г.
Карельский скит на карте Менде
Районом первоначального распространения беспоповщины стал север России, Поморье, где проповедовали покинувшие Соловецкий монастырь во время осады известные учители старообрядчества - иеродиакон Игнатий, Иосиф Сухой, соборные старцы Герман (Коровка), Геннадий (Качалов), чернец Пимин и другие.

Малолюдность Поморья, удаленность населенных пунктов друг от друга, небольшое количество храмов, традиционное для этих мест преобладание часовен, необходимость зачастую обходиться без священников способствовали укреплению здесь беспоповского учения. Огромное влияние на формирование поморского центра беспоповщины оказал инок Корнилий Выговский († 1695 в возрасте 125 лет), авторитет которого был чрезвычайно высок.

Ученики соловецких старцев Д. Викулин и А. Денисов вместе с Корнилием основали в 1694 г. знаменитое в истории старообрядчества Выговское общежительство, многое для его устроения сделал проживший там несколько лет еще один выходец из Соловецкого монастыря священноинок Пафнутий.

Выговское общежительство стало центром самостоятельного течения в беспоповщине - поморского согласия, его авторитет был исключительно высок во всем старообрядчестве. В 1-й пол. XVIII в. поморское согласие широко распространилось на всей территории России - поморские общины существовали в Москве, Петербурге, Поволжье (Ярославль, Керженец, Саратов), Стародубье. Очень рано поморцы появились в Верхокамье, на Урале и в Западной Сибири. Региональные центры чаще всего возникали в связи с деятельностью выговских эмиссаров и были тесно связаны с Выгом.

Так вот одной их опор поморцев на Керженце и был Корельский скит
Настоятель моленной д.Карельское Ермил Осипович Миленин.
Фото М. Дмитриев
В начале XVIII в. наибольшее значение имели следующие поморские скиты: главный - Макарьев (на его месте потом был Воронинский скит), Липовский, Корельский и др.
Согласно преданию, Корельский скит был основан Анфисой Колычевой, родственницей Филиппа митрополита, сосланной сюда вместе с другими Колычевыми Иваном Грозным (1568 г.) "в отместку Филиппу за его резкие, обличительные речи против царя". Анфиса явилась легендарной устроительницей знаменитой обители Оленевского скита и, вероятно, обители, на месте которой после возник Корельский скит, а близ него - деревня Корельское.

Однако в 1720 году началось так называемое «питиримово гонение». За семь лет епископ Нижегородский Питирим прошел по всем скитам нашего края, как говорится, «огнем и мечом», искореняя «ереси» раскола. Скит пал. Иноки и инокини стали покидать обжитые места и уходить за «камень», в Сибирь, да назад, на Север. Некоторые переселились на житие в деревню Корельскую.

Однако, к 1763 году скит возродился, и к концу века в нем живало уже 24 скитника. В 30-х годах века XIX пожар полностью истребил скит Корельский. После этой стихии скит не возобновлялся. Иноки покинули его, переселившись на жительство в деревню Корельскую.

В 1891 году крестьяне-поморцы д. Корельской построили новый молитвенный дом взамен старого - в виде жилого помещения с отдельной комнатой для часовни. Деньги на строительство (400 руб.) пожертвовал московский фабрикант Савва Морозов в память об умершем сыне. По законам того времени чисто моленную строить было запрещено. Поэтому моленная строилась как жилое помещение с отдельной большой комнатой для совершения богослужений. В деревне при кладбище выстроено было деревянное здание на каменном фундаменте с куполообразным потолком.

Возглавляли стройку "три двигателя раскола": крестьяне Корельской - Ермил Осипов, Григорий Михайлов, Клементий; главным же на строительстве был наставник поморцев - Зиновий Мартинианов, судимый прежде за пропаганду старообрядческого учения в окрестностях Большого Мурашкина. В своих донесениях священник с. Тюленей Николай Ястребов опасался, что "постройка сей часовни объединит раскол и через несколько времени здесь будет правильно организованный скит".

Типы раскольниц-поморок. Семеновский уезд. 1897 г. Фото М. Дмитриев
На основании этого доноса было проведено расследование. Оказалось - это и не моленная вовсе, а жилой дом, принадлежащий крестьянину-поморцу. Пока разбирались, наступил 1895 год. Год, в котором иноверцы и верующие других конфессий получили свободу вероисповедания от царя-императора Российской империи Николая II. Богослужения в этой моленной продолжались до 1938 года, вплоть до закрытия её новыми властями.
Весенний лес
В настоящее время дороги до бывшего скита практически нет, можно проехать лишь на лесовозе или хорошо подготовленном джипе. В самой деревне жилых домов не осталось, хотя, говаривают, что летом все ещё живут тут дачники.

Весной тропа до скита очень живописна, а проходит она мимо Одинцовского скита, куда можно зайти за водой на колодчик.
От скита ничего не осталось, лишь старое кладбище деревни, на котором хоронили последних скитников, а после жителей самой деревни.
Могилы на скитском кладбище
Выцветшая икона на намогильном кресте
Местами видны ямы, но уже и не понятно, были ли на их месте дома, или же просто вырытые людьми для чего-то другого ямы... То есть такой четкой картины, как на некоторых других скитах, тут нет, поэтому кроме кладбища здесь ничего и не найти...
Последние, уже заброшенные дома деревни
Колодец и баня на краю деревни. За ними уже располагается кладбище
Made on
Tilda